Category: космос

Category was added automatically. Read all entries about "космос".

(no subject)

Мы боимся той, которая в чепчике,
Ночной рубашке, и рваных шлёпанцах,
Что бредёт коридором, и шамкая шёпотом,
Говорит с горящей, меж пальцев, свечкой.

На носу у неё - бородавка огромная,
На плече, чёрный кот изгибает спину,
И над ней - гром гремит и сверкают молнии,
И клубятся обои, следом, белёсым дымом.

Сидим тихо, недвижно, на антресолях,
Не дай Бог, почует, повернёт в нашу сторону,
Нас поймав, приготовит под разносолами,
На кусочки разрезав, ржавым ножиком.

Уф…ушла…скрипучей хлопнув дверью,
За собой оставив - валерьянки и тряпок запах,
Но хранят её образ - светясь и мерцая стены,
Нам грозя, ухмыляясь - морщинистым пальцем…

(no subject)

Можно сесть верхом, на созвездие лебедя,
Подстегнуть сию птичку, хвостом кометы,
И суча босыми пятками, по пути млечному,
Полететь, улюлюкая над морозным вечером,
Распугать зодиаков знаки, зычным хохотом,
Вопрошая, - «нет ли у вас, сапожника?
Мне б обувку справить, удобную, прочную...»

И ответит кто-то, из Андромеды туманности,
Отбивая по треуху морзянкой, сигналы радио, -
«Есть у нас, тварей контуры, из мифов, разные,
Но увы, не найдёшь, во вселенной мастера -
Что пошьёт одёжку, сапоги сладит, туфли,
Оставайся, из лучей тебе, справим будку,
От клиентов, отбоя не будет, и все благодарные!»

(no subject)

О, вы не знаете...в Стокхольме, на Бундегатан,
Есть каморка, в подвале, где из старых вещей,
Создают звездолёты, из ветоши шьют скафандры,
В телескоп наблюдая - межзвёздный парад планет.

Мастер Гуннар, а очках без стёкол и тертом берете,
В чёрном фартуке, с маслёнкой или щипцами в руках,
Над столом согбенный, на шатком сидит табурете,
Для себя напевая, мотив из шлягера - «трам-парам».

По углам, шестнадцать, проворных, учёных мышек,
Стучат молоточками, клепают, паяют, лудят умело,
Проверяя чертёж штангенциркулем по умной книжке,
Починяют, в поте лица, мега-двигатель для ракеты.

Раньше, это был примус - ржавый, насквозь дырявый,
С прогоревшим соплом, покрытым масляной сажей,
Ну а завтра, струёй огня, вознося пилотов отважных,
Полетит сквозь космос - до Луны, Венеры и Марса...

(no subject)

«Не подскажете ли, как дойти пешком до Луны?»,
Человечек в скафандре, пристает к прохожим -
Пожимают плечами, иногда, роняют - «увы...», -
Покрутив у виска, или скорчив брезгливо рожу...

Неуёмный...пытаясь шагнуть, подпрыгнуть вверх,
На руках растопырив - шестнадцать пальцев,
Разрежённым гелием, наполнив прозрачный шлем,
Раздуваясь - огромным, воздушным шаром... -
Поднимается над тротуаром, сантиметров на пять,
Меж антенных усиков, возникают синие искры, -

«Я - четырнадцать-сорок, выхожу на связь,
На подмогу, пришлите семь межпланетных дисков!
Здесь, увы потерялся, не знаю координат...
...в полушарии северном...город...планета Земля...»

(no subject)

Мы прозрачные, маленькие, бесцветные,
Шевелим глазами на тонких веточках,
К телескопам прильнув, читаем созвездия,
Сквозь пространство летя, в дисках железных.

Иногда, найдя планету для жизни пригодную,
Допьяна надышавшись, атмосферы воздухом,
Начинаем песни горланить в частотах радио,
То бессмысленным шумом, то гармоничной гаммой.

Ожидаем встречи с существами разумными,
Представляя их - улитками или медузами,
Может крабами - в самой смелой фантазии,
Облачённых в глыбы скафандров-панцирей.

Но увы, встречаем двуногих, одноголовых,
Излучающих - звуковых колебаний волны,
Что пытаются нас поймать - сетями, на удочку,
Разобрать звездолёты, астронавтов высушить в чучела...

5.

Ладонь карандашным наброском ведёт верх и низ,
Лунатиком по карнизу, слепым стариком тротуара,
Воркуя еврейской гoлубкой между шинельных шлиц,
Распущены ленты на косах, по Ади безумному траур – 

Портрет жидкой чёлкой, коричневый галстук – «дас ист...»
И ржавая рама – коня на педалях, в седле гимназист,
И просит толпа от распятья избавить Варраву.

«смеркается Данте, нам стоит спешить, карусель
Отключит служитель, закроются парка ворота,
Знаешь, после заката фугасы шипят и шрапнель
Свистит, «НЕВЕРМОРЕ» кричит испуганный ворон,

Из говорителей треском  бравурным шагающий марш,
Ломает на топоте «Хайль», и молнию «Зиг», карандаш,
И всё что здесь есть превращается в порох!»

(no subject)

2.
глэдер? это у них, в Амстердаме
мякишем сырным оправив дома и дыры,
на ножах идут, собирая по нитке мира
шесть слепцов с ключами в одном кармане -
минус - пиво, селёдочные объедки,
плюс - Бригиты туфли пешком до Рима
спотыкаясь или упав балетно.

а в ночной рубашке - берег слоновой кости,
и Гагарин плоский космос сшивает в бисер,
а за кадром голос читает чеканно, быстро
фараонам сказки про Кастро Фиделя остров,
и берет поправив запах душистый мыла
провожает длинной указкой носа,
забывая то что сказал, начиная с - "Сорри..."

Люцифер (Фантазии на тему Йост Вондел в переводе Е.Витковского)

волосы встали стенами в ряд, вместе с зубами,
заржавевшими от протекающих труб, проливного дождя,
это - царство твоё, сотни подданных - лужи и жабы
и растущий из пальца железною спицей солдат
вяжет длинный носок, собирая по щепоти чётки
в горсти сводов распевно - на три и четыре шагов
гула марша по плацу из воющих горнов аорты,
и поющих кантаты над сердцем узорных ворон,
собирающих вдохи и выдохи в чёрные соты.

бой назначен назавтра, сегодня - глазницами жёрнов,
перемелет в муку серебристого голоса свет,
и летящее в бездну прощается с масками тело,
обретая хвосты от сверкающих в небе комет...

5.

где-то в глубине живота, конечно есть город,
с замком, рекой, парком, вокзалом и почтой,
улиц гулкостью к эху, шорохом в подворотнях,
местным седым безумцем, именно он пророчил -

тьму - но она повсюду,
казни - но как без них?
страсти последней ночи,
речь заплетая в стих -
"чаша полна и грудой
Ангельский тяжкий нимб -
что же Ты хочешь Отче?-

небо урчит без молний,
стены сошлись углом,
лебеди волчьей сворой,
воем - поют псалом -
радуйся - нет дороги,
здесь - колеи тупик,
ты лишь один из многих
дня потерявших лик..."

(no subject)

смени рубище на парчу и бархат Исав,
голову сыпь Вавилонским мелом и пудрой,
Ашер, закрывший ставни увидит и ад и рай,
но не узреет солнца на крыльях утра,
с трона ступит на пола сырой песок,
сокол сядет к запястью ослепшим ветром -
"Имя твоё не узнает небесный срок,
чёрною речью в вое белёсом пепла,
видишь - облаком падшим плывёт восток
в звёздные воды объятые века верой!"

куст догорает, нимфы плетут венки,
в глиняных косах созрели созвездий злаки,
слушай пророк, как кифары звенит изгиб
и расцветает Ефрата столикой каплей...