October 29th, 2004

(no subject)

Их икотой качают ягодной
"Засыпай, усыхай до талости,
Изо мха с паутиной валенки
Наплету мало-мальски жалостью.
Положу в колыбельку красные
Погремушки грибные с крапиной,
Тонким ветром струясь сквозь пряслице,
Воронёнком хруст кружев каркаю."

То ли веки не мёрзнут омутом,
То ли кочки скрипят болотные,
Только пепельной пляской волосы
Шепчут чарами над дремотою...

(no subject)

Корабль ряженый ржавчиной, палевом тины
клацает шиной причала, воском канатов, дном,
волнами, зуммером зренья из телефонных линий,
азбукой Морзе, солью завязки в йод
берега - там капитан выбивает трубку,
боцман - жуёт багет и читает "Strip"
в комиксах, где к златокудрой кукле
клеется монстр по кличке "Сушёный гриб".
Юнга дразнит плешивую суку палкой,
скалит зубы, лает до звёзд из глаз,
мимо спешат чумазые кочегары
и одноногий кок над чередою фраз
(в самой мягкой из них, сорок чертей и бочка
полная междометий - легче сказать дерьмом,
в крепких - тут хоть и ставим прочерк,
всё же краснеем воспоминаньем слов).
Из разговоров, можно узнать о портовых шлюхах,
ценах на виски, курсе валют и снах
(тех, что крысиной маской прописки в трюме
всем надоели - болью зудят в зубах).
"Давеча, с вахты сменился, набрякли веки
ну как обычно - бабы - то раком, то
мокрой мохнаткой кверху - открытой щелью,
так что из паха зудом на лоб трезвон...
Вдруг, словно ветер по вантам - клетчат
выродок ската ступнёй через чёрный хвост,
вылез из сисек, тушею лёг на плечи
и собирает лица в мошонки горсть...
Я, говорит, потопляю тела и души,
Хоть "Караул" кричи, хоть искрестись до слёз,
с моря уйдешь - так захлебнёшся в луже,
или под гулким шагом разрушу мост...
Может кто знает, что сие может значить?
Или пустое? Стоит забить как болт?"
"А, позабудь...Знаю тут рядом прачку,
примет с охотой десяток таких на борт..."